Михаил Врубель. Пан

Михаил Врубель. Пан

Картина Пан единодушно признается вершиной если не всего творчества Врубеля, то его сказочной сюиты.
Говорят, что толчком послужило чтение рассказа А.Франса «Святой Сатир». В картине «Пан» эллинский козлоногий бог превращается в русского лешего. Сумерки. Еще синеют, отражая вечернее небо, воды маленькой речки, а в густой мгле за черным частоколом старого бора встает молодой румяный месяц. О чем-то шепчутся березы, но тишина незаметно завораживает природу, и вот начинают сверкать голубые, родниковой свежести глаза Пана.
Старый, морщинистый, с бездонными голубыми глазами, узловатыми, словно сучья, пальцами, он как будто возникает из замшелого пня. Фантастическую колдовскую окраску приобретает характерный русский пейзаж — безбрежные влажные луга, извилистая речушка, тонкие березки, застывшие в тишине опускающихся на землю сумерек, озаренные багрянцем рогатого месяца.
Здесь фигура и ландшафт составляют единство, друг без друга не мыслятся. И могут друг в друга превращаться. Стихия превращений, царящая в сказках, для картин Врубеля естественна, потому что в его живописи сняты перегородки между царствами природы, между живым ri неживым, между человеком и лесными тварями, стихиями и всем, что наполняет землю, воды и небо. Единая, общая жизнь во всем.
Федор Иванович Тютчев.

1835
Тени сизые смесились,
Цвет поблекнул, звук уснул –
Жизнь, движенье разрешились
В сумрак зыбкий, в дальный гул…
Мотылька полет незримый
Слышен в воздухе ночном…
Час тоски невыразимой!..
Всё во мне, и я во всем!..
Сумрак тихий, сумрак сонный,
Лейся в глубь моей души,
Тихий, темный, благовонный,
Всё залей и утиши.
Чувства мглой самозабвенья
Переполни через край!..
Дай вкусить уничтоженья,
С миром дремлющим смешай!

Откуда этот облик, откуда взял художник эту примечательную лысую голову, круглое, бровастое, голубоглазое лицо, заросшее дикими кудрями? Обычно у героев картин Врубеля сквозит портретное сходство с кем-нибудь из знакомых ему людей, и современники без труда угадывали, кто послужил прототипом. Но «Пана», кажется, не опознали, во всяком случае, никто не позировал для него художнику.
Подсмотрел ли Врубель такого старика где-то в украинском селе или он просто вообразился ему лунной ночью при виде старого замшелого пня — неизвестно. Зато зрители разных поколений находят в «Пане» сходство с кем-то, кого они встречали, и кого Врубель встретить никак не мог — доказательство того, насколько этот сказочный дед жизнен и живуч. А вместе с тем он совершенно фантастичен, он лесная нечисть, олицетворение того, что мерещится и мнится заблудившемуся ночью. Кажется, что начинает шевелиться седой пень, под косматым мхом завиваются бараньи рожки, корявая рука отделяется, сжимая многоствольную свирель, и внезапно открываются круглые, голубые глаза, как фосфорические светлячки. Как будто откликаясь на беззвучный зов лесного хозяина, медленно выползает из-за горизонта месяц, голубым сиянием вспыхивает поверхность речки — маленький голубой цветок. Леший — душа и тело этих перелесков и тонкой равнины, завитки его шерсти подобны встающему полумесяцу, изгиб руки вторит изгибу кривой березки и весь он узловатый, бурый, из земли, мха, древесной коры и корней. Колдовская пустота его глаз говорит о какой-то звериной или растительной мудрости, чуждой сознанию.

Пан — в древнегреческой мифологии — божество стад, лесов и полей. Пан козлоног, с козлиными рожками, покрыт шерстью. Он известен своим пристрастием к вину и веселью. Он полон страстной влюбленности и преследует нимф. Нимфа Сиринга в страхе перед Паном превратилась в тростник, из которого Пан сделал свирель.
Пан как божество стихийных сил природы наводит на людей беспричинный, так называемый панический, страх, особенно во время летнего полдня, когда замирают леса и поля. Раннее христианство причисляло Пан к бесовскому миру, именуя его «бесом полуденным», соблазняющим и пугающим людей.

Случайные записи

Сочинение по картине «Новая Москва Юрия Пименова»
Василий Верещагин. "На Шипке все спокойно..."
Портрет философа Владимира Сергеевича Соловьёва

К сожалению, отзывы закрыты.